К 310-летию первой морской победы Российского флота при Гангуте

Гангутская операция и увенчавшее ее сражение – одно из выдающихся событий Северной войны 1700–1721 гг. Оно нашло отражение в большом числе исторических публикаций, написанных как по «горячим» следам, так и в более позднее время, включая наши дни. Однако самыми правдивыми и достоверными источниками неизменно остаются документы той эпохи, хранящиеся в архивах.

К началу XVIII в. в Европе сложилась благоприятная для России военно-политическая обстановка. Из-за войны за испанское наследство (1701–1713) западноевропейские государства не могли помешать русскому государю Петру I возвратить исконно русские земли, захваченные Швецией в XVII в. и утвердиться на берегах Балтийского моря. Потеря выходов к Балтике мешала экономическому развитию России, препятствуя установлению торговых и культурных связей с Западной Европой.

К 1711 г. Россия добилась впечатляющих результатов, утвердившись в устье Невы, разбив шведов при Полтаве, захватив целый ряд городов и неприятельских крепостей. Но до окончательной победы было еще далеко. Петр I считал необходимым нанести шведам поражение на их собственной территории. Для этого нужно было занять Финляндию, находившуюся в то время под шведским управлением.

Развивая наступление вглубь Финляндии, главные силы русской армии к весне 1714 г. сосредоточились в городе Або (Турку). Задача захвата Аландских островов и перенесение военных действий на территорию Швеции возлагалась на флот. Чтобы этого не допустить, шведы сосредоточили свои корабли у полуострова Гангут.

Русский гребной флот под командованием генерал-адмирала Ф.М. Апраксина, насчитывавший 99 галер и скампавей (полугалер) с 15 тыс. десанта на борту, 29 июня (10 июля) стал на якорь у местечка Твермине. Путь в Або ему преграждала шведская эскадра под командованием адмирала Г. Ватранга, в составе 15 линейных кораблей, нескольких фрегатов, бригантин и галер.

20 (31) июля из Ревеля (Таллин) прибыл Петр I. На следующий день он произвел подробную рекогносцировку и тщательно обследовал Гангутский полуостров, после чего принял решение осуществить прорыв в Або. Для этого в самом узком месте полуострова царь приказал строить деревянный настил-«переволоку» длиной 2,5 км. Узнав об этом, Ватранг послал в Рилакс-фьорд, к месту предполагаемого спуска русских галер на воду, отряд шаутбенахта (контр-адмирала) Н. Эреншельда в составе 1 фрегата и 6 галер. Еще один шведский военачальник, вице-адмирала Лилье, с 8 линейными и 2 бомбардирскими кораблями был направлен к Твермине для нанесения удара по главным силам русских.

К вечеру 25 июля (5 августа) ветер начал стихать. Наступивший штиль предвещал свободу действий для гребного галерного флота, поскольку сковал маневр шведских парусных кораблей. Утром следующего дня Петр I принял решение начать прорыв.

Первым послали авангардный отряд из 20 скампавей под командованием капитан-командора М.Х. Змаевича. Ему было приказано прорваться в обход шведского флота мористее его расположения. Скампавеи вышли из-за скрывающих их островков и, развив полный ход, начали прорыв. Гребцам предстояло пройти на веслах не менее 15 миль (более 27 км) до западного берега Гангута. Это требовало не только смелости, но и недюжинной физической силы, поскольку каждое весло весило не менее 90 кг и было длиной до 13 метров. Гребли таким веслом 5–7 человек.

Прорыв удался блестяще! Застигнутый врасплох Ватранг приказал с помощью шлюпок буксировать парусные корабли, но эта попытка закончилась неудачей. Открытый шведами суматошный огонь не причинил русским никакого вреда. К 11 часам скампавеи, обойдя Гангутский плес, вошли в Абоские шхеры. Необходимость в «переволоке» отпала. Отряд Эреншельда, который рассчитывал на легкую победу, сам оказался в ловушке.

На следующий день шведские корабли построились на месте прорыва русских скампавей. Теперь проход под берегом оказался неприкрытым. Петр I не замедлил воспользоваться этим промахом. На рассвете 27 июля (7 августа) оставшиеся галеры, прижимаясь к берегу, устремились на запад. Очень кстати случившийся туман скрыл подход русских к плесу, и Ватранг мог лишь наблюдать, как галеры проскальзывали одна за другой мимо его эскадры. Шведы опять попытались буксировать свои корабли с повисшими от безветрия парусами, но «к нашему величайшему огорчению, – писал позже Ватранг, – и эта масса галер прошла мимо нас». Единственным трофеем шведов стала одна скампавея, приткнувшаяся в тумане к камню.

Итак, прорыв 98 галерных судов с десантом и громадными запасами продовольствия и боеприпасов в Аландский район состоялся. Оставалось последнее – атаковать и разбить заблокированный в Рилакс-фьорде отряд Эреншельда. Боем руководил сам Петр I. Раньше, чем начать атаку, он, желая избежать излишнего кровопролития, послал к Эреншельду парламентера с предложением о сдаче без боя, обещая при этом принять командующего и подчиненных ему людей с почетом. Швед предложение отверг. В такой обстановке только решительная абордажная схватка могла привести к победе.

Противник стойко защищал каждое судно. Однако галеры «одна за одной» были взяты. Остатки их защитников перешли на флагманский «Элефант», который сопротивлялся «с отчаянным упорством, пока большинство команд не было перебито, сам Эреншельд тяжело ранен и фрегат не был зажжен».

Весь отряд Эреншельда стал трофеем блестяще задуманной и проведенной операции. Из 941 человека шведы потеряли убитыми 361, ранеными 350. Остальные были взяты в плен. Русские потеряли убитыми 127 человек, ранеными 342.

Известие о победе при Гангуте было ознаменовано салютом «из всех пушек». Участников сражения наградили специальными медалями: офицеров золотыми, рядовых — серебряными с надписью «Первые плоды Российского флота». Петра I произвели в вице-адмиралы. В ознаменование победы была выбита и настольная памятная медаль с изображением летящей Победы и надписью по-латыни «Первые плоды русского флота».

Гангутская баталия и ее отдельные эпизоды была отображена на картинах, планах и гравюрах, во множестве выполненных по приказу государя. Большое количество таких изображений разослали в разные города России и отправили через российские посольства за границу, дабы все знали о русских «Первых плодах».

В 1718 г. в Санкт-Петербурге по указанию Петра I в ознаменование победы при Гангуте была построена часовня во имя Св. Пантелеймона. В день памяти этого чтимого в России святого произошло знаменитое сражение. Позже здесь была построена церковь святого великомученика и целителя Пантелеймона, которая находится на этом месте и по сей день, являясь памятником двум победам русского флота – при Гангуте и Гренгаме (1720).

Гангут стал первой крупной победой русского флота. Сам Петр I справедливо приравнивал ее к Полтавской. Необходимо понимать, что значение Гангута не измеряется числом взятых у неприятеля кораблей, оно неизмеримо больше. В результате этой победы наступил окончательный перелом в войне со Швецией. Победа при Гангуте развеяла миф о непобедимости шведского флота, как ранее при Полтаве было развенчано величие шведской армии, и хотя война продолжалась еще без малого семь лет, инициатива, в том числе в борьбе на море, полностью перешла в руки России.

Текст: С.В. Чернявский, к.и.н., Российский государственный исторический архив (РГИА).

Исторические события:

• Северная война 22.02.1700-10.09.1721;
• Полтавская битва 08.07.1709;
• Гангутский бой 07.08.1714;
• Сражение при Гренгаме 07.08.1720;
• Ревельское морское сражение 13.05.1790.

Участники событий и другие указанные лица:

• Апраксин Фёдор Матвеевич, один из создателей Российского военно-морского флота, сподвижник Петра I, генерал-адмирал, первый президент Адмиралтейств-коллегии, командовал русским флотом в Северной войне и Персидском походе;
• Романов Пётр I Алексеевич, последний русский царь и первый император Всероссийский, развернувший масштабные реформы и расширивший территории российского государства.